Санкт-Петербург Вакансий : 1290Резюме : 30
Разместить вакансию в газету
Разместить вакансию на сайте
Разместить резюме

Проверка на вшивость

газета «ПРОФЕССИЯ» № 131 (1264) /15.11.2010 - 17.11.2010/

 Недавно побывала на собеседовании в службе персонала одной компании, занимающейся оптовыми продажами. Говорили со мной грубо, незаинтересованно, конечно, я даже и звонить туда после не стала. Потому что работать там мне не захотелось. А муж говорит: ты ничего не поняла — это было специальное стресс-интервью. Тебя проверяли на стрессоустойчивость. А мне кажется, хамство оно и есть хамство.

Лариса Алексеевна, 39 лет


Проверка на вшивость


Провокации на собеседованиях при приеме на работу – довольно редкое явление. Большинство менеджеров по персоналу не зря считают эти методы неэтичными и нелегитимными. Тем не менее, есть профессии, в которых не обойтись без проверки стрессовым интервью. И нет гарантии, что его жертвой не станете именно вы.


Разрыв шаблона

В нейролингвистическом программировании существует термин «разрыв шаблона» - неожиданное для собеседника поведение, вводящее его в состояние, близкое к ступору. В деловых переговорах этот метод применяется, как правило, для психологического подавления оппонента и достижения собственных целей при обсуждении заведомо конфликтных вопросов.

С этой точки зрения стрессовое интервью можно назвать разрывом шаблона для соискателя. Отправляясь на собеседование, каждый ожидает от рекрутера спокойного вежливого поведения. И никто не ждет острых провокационных вопросов, касающихся предыдущей работы, увлечений и даже личной жизни. Но порой стрессовые интервью необходимы для получения более полной картины о кандидате, говорят HR-эксперты.

«Мы вынуждены время от времени применять провокативные методики оценки», – рассказала специалист по рекрутингу топ-персонала Елена Першина. - Бывает, что наши заказчики требуют подробный отчет о кандидате, о его психологических особенностях, реакциях на стрессовые факторы, умении работать в условиях аврала, неопределенности, о его морально-нравственных ценностях. Далеко не все кандидаты готовы добровольно проходить психологические тестовые методики, и мы не можем принуждать их к этому».

Стрессовое интервью может применяться при отборе управленцев высшего и среднего звена, менеджеров по работе с клиентами, работников гарантийного сервиса, операторов колл-центра, охранников и в других сферах, связанных с работой с людьми в быстро меняющихся условиях. Например, работнику гарантийного сервиса довольно часто приходится выслушивать грубости от покупателей, взбешенных быстрой поломкой товара. И он должен уметь сдержаться под напором эмоций, не отвечать грубостью на грубость.


Побеждает терпеливый

Один из самых распространенных методов провокации на собеседовании — ожидание в приемной. В ожидании собеседования соискателей могут «мариновать» перед кабинетом по 20-30 минут, наблюдая за его реакцией. Высоко ценящий себя кандидат обычно не выдерживает и уходит. Работу получает, как правило, самый терпеливый. Впрочем, долгое ожидание собеседования далеко не всегда является намеренной провокацией и может быть лишь следствием пренебрежительного отношения к соискателям.

Следующее «минное поле» - сам процесс собеседования. Провоцировать вас могут как мягко, так и жестко. К относительно мягким методам можно отнести постоянное отвлечение интервьюера на общение с коллегами, звонки по телефону, распоряжения подчиненным и так далее. Например, вы можете с жаром рассказывать, как благодаря вашей работе доходы рекламного отдела выросли в три раза, а директор по персоналу в это время может преспокойно беседовать по мобильному, повесить трубку и сказать: «Вы как-то невнятно рассказали о своих достижениях. Не могли бы изложить попроще?». Для смущения соискателя рекрутер может затягивать паузу между блоками вопросов, наблюдая за реакцией соискателя или даже выходить из кабинета на 10-15 минут, оставляя кандидата в растерянности.

К более жестким методам можно отнести вопросы, граничащие с безапелляционными утверждениями, заставляющие соискателя теряться и сбивчиво оправдываться. Например: «как давно вы бросили пить?» или «почему вы нам солгали о причинах своего увольнения с последнего места работы?» Для выведения вас из равновесия рекрутер — провокатор может вывернуть ваши слова наизнанку. Например, вас могут спросить, как у вас обстоят дела с делегированием полномочий. Если вы отвечаете, что стараетесь делегировать их по максимуму, то рекрутер может выдать нечто вроде: «Правильно ли я понял, что вы ленивы?»


Добрый следователь — злой следователь


О схеме «добрый и злой следователь» знает каждый. Между тем, эта схема может применяться и на стрессовом интервью, когда вами занимаются сразу два рекрутера. Один может быть настроен предельно доброжелательно — улыбаться, задавать удобные для вас вопросы, всячески ободрять вас. Другой, напротив, занимает агрессивную позицию — перебивает, задает каверзные вопросы, способные вывести из себя («вы уверены, что можете рассчитывать на такую высокую зарплату с вашим опытом работы?»), стремится уличить во лжи, и так далее.


Для усиления стрессовых условий собеседование с кандидатами может проводиться общим потоком, когда в одной комнате сидит несколько пар «рекрутер — соискатель», и каждый кандидат претендует на ту же должность, что и вы.


Крепкий орешек

Какова же мораль этой басни? Универсального ответа на вопрос «как вести себя при провокации» не существует. Каждый сам определяет для себя границы дозволенного. Если вы считаете вопросы рекрутера оскорбительными, вы можете немедленно покинуть собеседование. Это ваше право. Если же вы уверены, что интервьюер своими провокациями ставит целью лишь всесторонне проверить вас, а не намеренно унизить, и что после этой беседы унижений больше не будет — можно остаться, показать себя «крепким орешком». Главное - чтобы потом не пожалеть о своем выборе.


Мнения


Дмитрий Солодкий, директор кадрового агентства Prime Personnel:

- Я сам не пользуюсь стрессовым интервью на собеседованиях с кандидатами, у меня другие методы. Но я с пониманием отношусь к этому методу. Иногда он бывает необходим для более полного выявления профессиональных и психологических характеристик кандидата.

Что касается пределов допустимого в стрессовом интервью, то у каждого они свои. Каждый соискатель вправе немедленно прекратить интервью и покинуть компанию, если сочтет вопрос оскорбляющим его человеческое достоинство.




Надежда Боброва, директор по персоналу компании «Атлант-М»:

- В своей работе мы не используем стрессовые интервью, и я отношусь к ним отрицательно. Если кандидата поставить в стрессовые условия, это сильно сужает его восприятие. И на основании его поведения нельзя составить объективную картину его профессиональных и психологических качеств. На мой взгляд, иногда стрессовые интервью требуются, но, скорее, для профессий, где людям приходится регулярно рисковать жизнью и работать в стрессовых условиях. Работа наших сотрудников не предполагает стрессовые условия.




Петр Дьяковский, эксперт по поиску топ-персонала:

- Я отрицательно отношусь к провокациям в ходе собеседования и в своей практике применял их буквально пару раз, когда это было действительно необходимо. Стрессовые интервью зачастую приводят лишь к тому, что соискатель «закрывается» в психологическом плане, и это сильно затрудняет общение. Нетактичные рекрутеры могут сказать кандидату, что у него, например, немодный галстук. Но в большинстве случаев это приведет лишь к тому, что соискатель уйдет обиженным или даже разозленным.


Михаил Бергер, психолог-консультант:

  • Специалистам по подбору персонала следует понимать, что реакция человека на неожиданный провокационный вопрос — это одно, а стрессоустойчивость, то есть умение исполнять свои обязанности в условиях психологического дискомфорта, стресса — это совсем другое. Провести грамотное стресс-интервью умеют буквально единицы. Для этой технологии нужна основательная подготовка. В противном случае эффект достигнут не будет: кандидата они не раскусят, имидж своей компании подорвут.





 

Артем ПИРОГОВСКИЙ

К списку публикаций

On-line газета

RSS Лента новостей о работе
Rambler's Top100
© ООО Издательский дом "Профессия", 2014.